На фоне продолжающихся боевых действий между армией Судана и парамилитарными Быстрыми силами поддержки (HDK) секретные документы, видеозаписи и сообщения, изученные The Washington Post, указывают на то, что армия могла вести секретную программу химического оружия в ходе гражданской войны, продолжающейся более трех лет. По данным газеты, из хлора, который, как предполагается, используется для очистки воды, производились боеприпасы, оружие испытывалось в пустынях, а также составлялись списки целей. В сообщениях между командирами говорится о наличии на складах 290 химических боеприпасов, а в других сообщениях отмечается, что могли быть использованы 106 хлорных бомб. На видеозаписях видно, как после взрывов поднимается желто-зеленый газ, а в документах описываются «бомбы двойного действия» и новая конструкция, скрывающая доказательства. В июле США ввели санкции против руководства Судана из-за утверждений о нападении с применением хлорного газа в сентябре 2024 года. Более 20 экспертов, изучивших документы, заявили, что они представляют собой достоверные доказательства, однако для окончательного подтверждения необходим доступ к объектам и свидетелям. Руководство Судана отвергает обвинения. Война, начавшаяся в 2023 году, привела к обвинениям обеих сторон в совершении военных преступлений; более 13 миллионов человек были вынуждены покинуть свои дома.
Почему это важно
Если обвинения подтвердятся, война в Судане будет оцениваться не только с точки зрения взаимных обвинений сторон и масштабов вынужденного перемещения населения, но и с учетом возможного применения химических боеприпасов. Поэтому этот вопрос не ограничивается руководством Судана и имеет значение также с точки зрения оснований и масштабов мер, предпринятых США, которые ранее ввели санкции. Однако значительная часть имеющихся данных основана на секретных документах, видеозаписях и сообщениях; без доступа к объектам и свидетелям невозможно достоверно установить тип боеприпасов, способ их применения и ответственных лиц. Отказ руководства Судана признать обвинения также является ключевым предметом разногласий, препятствующим расследованию. Эти вопросы, остающиеся открытыми, требуют независимой проверки обвинений и подкрепления оценки военных преступлений конкретными доказательствами.